Стихотворения Ивкина А.П.

Воспоминание о солдатской дружбе в ДРА

07.02.2010г.

Ты помнишь друг ведь там,

где мы когда-то были.

Там светит солнце от небес.

И губы сохли от жары и пыли,

и тот глоток воды порой

Дороже золота в развес.

Там утро начиналось,

с нам непонятного намаза.

Порою, от которого тошнит.

А мы как нас прозвали « Шурави »

Лишь верили там, в бога, друга и приказы,

а это значит крепче веры их,

и крепче чем гранит.

Бывало брат, и трудно скажем честно.

Да так, что вряд - ли сможем словом передать,

Когда в бою спина - спиною

нам приходилось дружбу - жизнью заслонять.

Порой, не веря в то, что будем живы.

Там все из нас молились об одном:

Пусть будет лишь товарищ жив,

А лучше повезёт и вместе живы

Тогда и вместе довоюем, доживём!

 

Обелиск
 
Стоим мы молча у ступеней.
Пришли почтить и помянуть,
Друзей которых с нами нету,
Которых помним, но живыми не вернуть.
Лишь резкий залп разрежет небо,
Напомнит о разорванной судьбе,
О тех парнях кто с нами был,
Но не дожил,- порою кажется и не жил
На той для всех запрятанной войне.
И след оставив нам глубокий,
Да боль в душе у матерей.
Мы помним поименно всех
Кто с нами был, но не дошёл
Свой путь короткий и далекий
На той для нас знакомой,
Но запрятанной войне.
 
Дорога к «Гиндукушу»
 
Идем тихонько, словно в ногу,
и след покрышек будто бы один.
А впереди – ползущая дорога,
за поворотом новый серпантин.
Хрипят моторы, задыхаясь
и радиаторы, как чайники кипят.
На высоте всем кислорода не хватает,
поэтому на нервах все, рычат.
Здесь нет минуты расслабленья,
чуть задремал и пропасть на черто сожрет.
Всего лишь миг и ты уйдешь
к богам на поселенье, уйдешь туда,
откуда всем назад дороги нет.
О, «Гиндукуш», немало верст мы отмотали,
Сюрпризов много получали от тебя,
Не раз мы здесь в засады «духов» попадали.
Под злость и ярость смерти и огня.
Мы знаем о тебе не понаслышке,
и хоть немало было жертв уже,
Стирая в хлам колес своих покрышки,
И все же шли, надеясь,
что пройдем тебя на кураже.
Ты непогодой всех зимою трогал.
И раскрывал лавины, злую пасть.
В твой гололед цепями мы врезались,
желая каждому дойти
и лишь тебе по-русски матерно пропасть.
Пусть голова твоя не с сединой,
а просто напросто седая.
Солидный возраст для Памирского хребта.
Когда поднимешься к тебе, то там,
в низу видна дорога к перевалу змейкой вся, витая.
Которой с виду нет начала и конца.