Ранним утром 25 октября 1854 года — еще не светало — на редут № 1, где к северу от Балаклавы обосновались турки с английской артиллерией, молча вышли русские и страшно ударили в штыки — традиционным своим способом, так впечатлявшим их противников и в Крымской, и в других войнах. Именно это впечатление стало последним для 170 турок.

Десантированные в Крым союзники — англичане, французы и турки — обосновались в порту Балаклава в 15 километрах от Севастополя и в четырех редутах на буграх вокруг города. Там лорд Раглан велел сидеть туркам, которых, как пишут, англичане даже били — «использовали телесные наказания». А еще союзники почти не кормили их.

Более того, когда турки побежали от русских, англичане встретили их огнем. Сзади, с оставленных четырех редутов, русские проводили их пальбой из брошенных девяти английских пушек.

Памятник павшим британцам в Балаклавской долине. © wikipedia.org

А дальше случился бой если и не уникальный в истории, то, по крайней мере, редкостный — в рубке сошлись гусарская бригада генерал-лейтенанта Рыжова и тяжёлая кавалерийская бригада англичан; «редко случалось когда такие кавалерийские массы с равным ожесточением рубились столь долгое время».

Как это часто случается в нашей истории, героизм одних стал результатом плохой работы других — вообще-то гусары ехали громить разведанный накануне английский артиллерийский парк, вместо которого оказались драгуны генерала Джеймса Скарлетта. Победу в этом бою стороны, не церемонясь, приписывают каждая себе: англичане отступили под натиском русских, но генерал-лейтенант Рыжов не стал развивать успех и отвёл своих на исходные позиции.

При том, что Балаклавская битва не стала решающей — русским войскам не удалось развить успех и продолжить наступление на позиции союзников, а британцы не смогли взять Севастополь с ходу — она вошла в историю благодаря ярким своим эпизодам.

Второй пример после тяжкой рубки с тяжелой кавалерией — история с «тонкой красной линией». Известное в английской и американской культуре выражение, а затем и понятие, родилось на крымской земле. И было это так.

«Тонкая красная линия» 93-го шотландского пехотного полка.

Одновременно со схваткой гусаров с драгунами шла другая — 1-й Уральский казачий полк подполковника Хорошихина помчался на 93-й шотландский пехотный полк баронета Колина Кэмпбелла, который, опасаясь охвата с флангов, приказал солдатам построиться в две шеренги вместо положенных уставом четырех. Потом это дело красиво подала «Таймс»:

— Приказа к отходу не будет, парни. Вы должны умереть там, где стоите.

— Есть, сэр Колин. Если понадобится, мы это сделаем.

Журналист описал шотландский полк в этот момент как «тонкую красную линию, ощетинившуюся сталью», а со временем это выражение перешло в устойчивый оборот «тонкая красная линия», обозначающий оборону из последних сил.

Между прочим, шотландцы тогда таки отбились от казаков, надо отдать должное. Но есть версия, что станичники не атаковали, а только демонстрировали нападение. Писали еще, что помимо ярких парней в юбках и медвежьих шапках в их рядах было не меньше всё тех же турок – общим количеством с тысячу – но сразу было ясно, что без османов история эффектней.

Но и этого мало: словосочетание «атака лёгкой кавалерийской бригады», нарицательное в английском языке и означающее отчаянно смелые, но обречённые действия — тоже появилось под Балаклавой, еще через несколько часов.

«Лорд Раглан желает, чтобы кавалерия быстро пошла в наступление на находящегося перед ней противника и не позволила ему увезти назад пушки. Батарея конной артиллерии может сопровождать. Французская кавалерия на вашем левом фланге. Немедленно», — передали лорду Кардигану приказ главнокомандующего, недовольного тем, что пушки с редутов остались у русских.

Атака легкой кавалерии англичан под Балаклавой.

И сводная бригада Кардигана — гусары и уланы — «быстро пошла»: 600 всадников понеслись к русским по долине шириной в три километра, которую русские полностью перекрывали перекрестным огнем с возвышенностей вдоль всей долины. К вражеским позициям мужественно прискакали 50 англичан. За 20 минут погибло 129 английских кавалеристов, как потом писали — лучших фамилий, «цвет нации». Раненые еще долго добирались в английский лагерь…

«Это было великолепно, но так не воюют», — сказал потом участник Балаклавской битвы французский генерал Пьер Боске, но мог бы и помолчать: французы в этих сражениях проявили себя не шибко, 23 человека убитых.

Англичан — 547, турок — 170. С последними вообще приключилась «медвежья болезнь», культурно сказать — они были настолько деморализованы, что остаток Крымской войны только рыли окопы и переносили тяжести. Наверное, союзники по-прежнему пинали их…

Вообще в сражении в долинах к северу от Балаклавы, между невысокими Федюхиными горами, Сапун-горой и рекой Чёрной, сошлись гораздо большие силы, чем упомянутые — у Фицроя Раглана и Франсуа Канробера около 4500 человек, у Павла Петровича Липранди до 16 000 — но здесь вспомнили самые яркие эпизоды 25 октября 1854 года.

Балаклава.

Всевозможные спецназы и все, кому не лень, носят головные уборы, называемые «балаклава» — это тоже оттуда пошло, из Крыма 1854-го.

В 2014 году в Крыму и тоже благодаря военным родились устойчивые словосочетания, вошедшие в историю: «зеленые человечки» и «вежливые люди».

Вынесенная в заголовок фраза «Это весь Запад пришел выказать своё отрицание России» принадлежит Фёдору Тютчеву – русскому поэту и дипломату: так он оценивал Восточную войну 1853-56 годов.

ВСЕРОССИЙСКАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ВЕТЕРАНОВ БОЕВОЕ БРАТСТВО