Муниципальное автономное общеобразовательное учреждение

«Школа № 49»

Творческий конкурс «Сталинград. Судьба человека»

ОНИ СРАЖАЛИСЬ ЗА РОДИНУ И ПАМЯТЬ…

(материалы школьного музея Боевой Славы о ветеранах

Сталинградской битвы)

Исполнитель: Кулагина Анна Николаевна,

ученица 10 «А» класса;

Руководитель: Григорьева Е.А., учитель истории

Нижний Новгород

2018

 

Всё дальше от нас уходит военное время… И мы, жители современной России, вспоминаем Великую Отечественную войну всё чаще по поводу «Дня победы» или юбилеев битв. И это, наверное, хорошо. Ведь именно за то, чтобы люди не думали о войне, бомбежках, голоде, смертях близких, и отдали свои жизни 27 миллионов советских людей. Но это и горько. Горько, потому что послевоенная история нашей страны конца ХХ века показала, что наше общество не во всем оказалось достойно своих славных предков, дети и внуки победителей не смогли уберечь всего того, что оставили им героические отцы и деды… И именно по этой причине память о событиях военного времени является сегодня тем единственным и самым прочным фундаментом, на котором можно попытаться восстановить хотя бы то, что осталось.

А остались воспоминания… Поколение тех, кому сегодня за 40 лет, ещё помнит живых ветеранов – крепких, энергичных, моложавых и очень светлых (не получается писать «стариков», хотя на рубеже ХХ и ХХI в. им было уже за 70…) пожилых людей, которые приходили в 1970-е – 1980-е гг. на встречи в школы, клубы, юбилейные торжества. А вот поколение тех, кому сегодня меньше 20 лет, даже представить себе не могут, сколько сил, обаяния и оптимизма, излучали эти люди в свои 65, 70, 80 лет.

Как рассказать об этом? Как это передать… . И, как не удивительно, а может быть глубоко символично, но сделать это нам снова помогают они – ветераны, герои, победители…

В далеком 1981 году гвардии подполковник в отставке Морозов Георгий Иванович начал организовывать в средней школе №49 Советского района г. Горького школьный музей. Сам Георгий Иванович, как и большинство мужчин его поколения, был фронтовиком: находился в действующих частях Красной Армии с декабря 1941 по май 1945 г. Закончил войну в Берлине, в составе 1-го Белорусского фронта. Воевал и под Сталинградом: там на долю его части пришлись тяжелейшие бои во время отступления Красной Армии летом 1942 года, в которых он был тяжело ранен… . После войны и отставки в 1956 году, Георгий Иванович нашел себя в педагогике. Он работал в школе, затем в Горьковском областном институте усовершенствования учителей - ГОИУУ, как тогда назывался современный Нижегородский институт развития образования. Конечно же, ему, фронтовику, было очень важно передать память о пережитом своим ученикам и младшим коллегам. Поэтому и предложенный Георгием Ивановичем проект музея был посвящен тому, о чем сам он знал не понаслышке. Пройдя более половины Великой Отечественной войны в составе Гвардейских Миномётных полков и частей, он предложил ученикам и учителям школы начать собирать материал о 21 Гвардейском Миномётном Симферопольском Краснознамённом орденов Суворова, Кутузова и Александра Невского полке. И поскольку сам он, по воспоминаниям работавших с ним людей, был человеком очень энергичным и заводным, дело пошло…

Это дело живо и по сей день. До сих пор на базе теперь уже нижегородской МАОУ «Школы №49» работает созданный когда-то ветераном музей. Георгий Иванович начал, а его ученики и последователи продолжили очень интересное, и как сегодня видно, наиважнейшее дело – сбор анкет, данных, воспоминаний и других материалов о ветеранах ГМЧ.

На сегодняшний момент в музее школы находится 5 огромных альбомов с фотографиями, собственноручно заполненными анкетами, письмами и т.д. 258-ми ветеранов Великой Отечественной войны. Эти документы и стали объектом нашего интереса, при написание данной работы. Анализ анкет выявил 18 участников Сталинградской битвы.

К великому сожалению невозможно на 4 страницах текста уместить описание тех судеб, воспоминаний, фронтовых наблюдений, которые мы обнаружили в этих альбомах. Не говоря уже о том, что и сам 21 Гвардейский Миномётный полк с 20 августа 1942 года в составе 1-ой Гвардейской армии Донского фронта принимал участие в боях под Сталинградом. Бойцы готовили плацдарм для Сталинградского наступления, в сентябре-октябре 1942 года участвовали в боях в районе станции Котлубань на северо-западных подступах к Сталинграду. В решающий момент Сталинградской битвы – в ночь с 19 на 20 ноября 1942 года полк вошёл в прорыв и с ожесточёнными боями дошёл до станицы Чир, приняв в феврале 1943 года участие в завершении окружения немецко-фашистских войск под Сталинградом.

Выбирать, о ком из ветеранов написать, было очень непросто, но мы (успокоив себя тем, что со временем, обязательно напишем и обо всех остальных) решили остановиться на воспоминаниях двоих героев, чьи судьбы пересеклись во время войны, а затем и в процессе формирования фондов музея. Это гвардии подполковник запаса Афонин Ивана Михайловича и старший лейтенант Мошков Александр Фёдорович.

4 сентября 1941 года Ивану Афонину исполнилось 19 лет, а уже в декабре 1941 года он попал в части Северо-Западного фронта. В июле 1942 года его подразделение было переброшено на Сталинградский фронт, где Иван Михайлович воевал до самого конца этого сражения в феврале 1943. После Сталинградской битвы, наступление Красной армии, как известно, развернулось на многие сотни километров, и Иван Михайлович в составе Воронежского фронта принял участие в боях на Курской дуге. Закончил войну в мае 1945 в составе 1-го Украинского фронта в Берлине. Награжден восьмью боевыми наградами.

Благодаря тому, что Иван Михайлович Афонин вёл с музеем оживлённую переписку, его воспоминания, восстановленные по письмам и анкетным заметкам, оказались одними из самых полных. Вот как сам ветеран вспоминает о днях минувших...

«Август 1942 года был очень жарким. И не только оттого, что палило солнце, но и оттого, что шли жесточайшие бои с гитлеровскими захватчиками. Напрягая все свои силы, опьянённые достигнутыми перед тем успехами, фашисты рвались к Сталинграду. Особенно сильно мы дрались за Мамаев курган, тракторный завод и завод «Красный Октябрь». Город был покрыт баррикадами. Наши воины стояли насмерть.

Я командовал тогда гвардейской установкой «катюш». Наш дивизион поддерживал дивизию особого назначения войск НКВД, сформированную из сибиряков, которая обороняла подступы к Сталинградскому тракторному. Шла вторая половина августа. 23 числа до позднего вечера гитлеровцы вели сплошной пулемётный и артиллерийском – миномётный огонь. В воздухе постоянно были самолёты. На наши боевые порядки и город сыпались почти непрерывные бомбовые удары.

Мы стояли за тракторным заводом и вели непрерывный огонь по различным целям. Не успевали подносить мины. Несколько раз за этот день немцы принимались бомбить нас. А с наблюдательных пунктов нам предавали: « Молодцы! Дайте ещё огня!». К вечеру обстановка обострилась. Всю ночь мы не спали, подходило пополнение, укреплялись боевые порядки. Мы со своими «катюшами» выдвинулись на прямую наводку и находились теперь метрах в трёхстах впереди тракторного завода.

24 августа бои приняли ещё более ожесточённый характер. Самолёты противника с включёнными сиренами летали над крышами зданий, артиллерия вела стрельбу более четырёх часов. Творилось что-то невообразимое: стоял страшный гул и грохот, от сплошного дыма и пыли день превратился в ночь. Всё это очень сильно осложняло ведение боя. Пехота с криками «Ура!» то и дело бросалась в атаку. Но всё же гитлеровцам кое-где удалось сломить сопротивление наших войск и вклиниться в траншеи защитника Сталинграда.

Полк, который мы поддерживали, находился в очень тяжёлых условиях, командир то и дело требовал от нас огня. Мы развернули установки почти на 90 градусов и вели фланговый огонь, давай залп за залпом. В дыму и в пыли, в сплошном гуле и грохоте мы не заметили, что с другого направления на батарею движутся танки противника, а позади до роты гитлеровцев. Но и им пыль и дым мешали вести прицельный огонь, а у нас в батарее кончились снаряды. Положение казалось критическим. Весь личный состав батареи с подошедшими на помощь разведчиками стрелкового полка выдвинулся вперёд. Завязался ожесточённый неравный бой. 3 танка были уничтожены из противотанковых ружей, два подбиты из крупнокалиберного пулемёта, а два танка, которые прорвались совсем вплотную к нам, были подожжены бутылками с горючей смесью. Пехота расстреливалась в упор. Разведчики Чизганов, Васильев, Романченко бросались врукопашную, дрались с теми, кто пытался вылезти из подбитых танков.

Батарея в этом бою понесла большие потери, две установки были разбиты, почти половина личного состава убита и ранена. Но мы то и дело получали пополнение. Нам оказывали большую помощь рабочие и ополченцы Сталинграда. Несмотря на яростные атаки, ураганный огонь, беспрерывные бомбёжки, немцам лишь в отдельных местах удалось прорвать наши боевые порядки и вклиниться на несколько метров. Советские воины отстаивали каждый метр земли, каждый подвал, каждый этаж, каждый дом. Сталинград не должен быть сдан врагу. И он не был сдан!» (орфография и пунктуация источника сохранены).

Из сохранившихся в фондах музея писем, стало понятно, что когда ребята, работавшие в музее в 1980-х, попросили Ивана Михайловича сообщить сведения, о своих фронтовых знакомцах, он рассказал им о человеке, с которым его случайно свела судьба в боях на Воронежском фронте, и который теперь живет и работает в Горьком. Этим человеком оказался Мошков Александр Фёдорович. Оказалось, что он тоже воевал под Сталинградом и принимал участие в операции «Кольцо». После войны А.Ф. Мошков стал писать стихи. Конечно, многие из них были посвящены войне. В них отразилась боль, гордость и надежда на то, что герои тех дней не будут забыты:

Да, боль за тех, кто в том бою

С врагом в смертельной схватке пали,

Кто за победу жизнь свою,

За нашу Родину отдали…

(из стихотворения А.Ф. Мошкова «В Сталинграде»)

Всё дальше от нас уходит военное время, и мы не можем повлиять на его ход… Но мы можем сохранить и передать потомкам память о великих делах тех, благодаря кому мы живём на этой земле…