Да, это было большой проблемой - найти настоящее гусиное перо. Его отсутствие могло поставить под угрозу всю затею. Ведь всем известно, что великие французские писатели пишут свои книги гусиными перьями. Вопрос только в том, где они их берут? Уж точно - не в магазине.   Хорошо еще, хоть чернила нашлись. В секретере, на нижней полке, в синей чернильнице. Они давно засохли, но немного смекалки и водопроводной воды легко справились с этой проблемой. Собственно говоря, с этой находки-то все и началось! Тогда и возникла идея...   А вот гусиное перо... Наверное, любой французский писатель давно бы махнул рукой на эти трудности и пошел в ближайший трактир, пить вино со своими друзьями-мушкетерами. Но ведь он не был ЛЮБЫМ. Он был ВЕЛИКИМ! А потому бросить начатое на полпути, никак не мог.   Несколько дней пришлось бродить по городским улицам и скверам, выискивая места, где могут водиться гуси. Гусей не было нигде. Во всем городе! Вскоре он сообразил, что если нет гусиных перьев, можно будет обойтись и обычными вороньими. Однако и вороньи перья найти было не просто. Как назло ближе к осени вороны никак не хотели расставаться со своим опереньем. И все же ему повезло! Недалеко от продмага он нашел то, что искал. Целых два вороньих пера!   В тот же вечер он приступил к исполнению своего замысла. Сначала на обычном листе бумаги - нужно было немного потренироваться. Оказалось, что писать вороньим пером и чернилами совсем не трудно. Правда, буквы получались очень толстыми и неровными. Почти французскими. Но не красивыми.   Да, еще кляксы портили всю картину! К счастью, он догадался взять на кухне нож и аккуратно заострить кончик одного пера - дело сразу пошло на лад!   Но тут выяснилось, что он не знает ни слова по-французски! Нет, конечно же, как и многие из нас, он знал слова "мадам", "се ля ви". И даже слышал про "шерше ля фам"! Но как они пишутся - не имел ни малейшего представления!   Для любого начинающего французского писателя это тоже могло стать неразрешимой проблемой. Но не для ВЕЛИКОГО, который, наверняка, умел писать по-русски!   Теперь оставалось самое сложное - выбрать нужную книгу. Конечно, самым логичным было взять "Трех мушкетеров". Толстую книгу, с потертой обложкой и желтоватыми листами, уже столько времени будоражившую его воображение обещанием дальних странствий, приключений и отваги. Он еще не прочёл ни страницы этой книги, но уже предчувствовал, какое волшебство скрыто под ее обложкой.   Да, это было именно то, что нужно. Именно такая книга была нужна! Но за "Трех мушкетеров" папка выпорет. Как пить дать, выпорет!   Хотя, если честно, то выпороть отец его не мог. И не потому что никогда не порол. А потому что два года назад погиб в каком-то далеком Афгане.   Но думать о том, что папка может его выпороть, было приятно. Он часто так думал. Особенно когда делал что-то запретное. Как тогда, когда они с другом Игорьком стащили папироску из пачки, спрятанной одним из пацанов в пустом почтовом ящике. А потом тайком выкурили ее в кустах неподалеку от железной дороги. Он и тогда подумал, что если папка их увидит, то обязательно выпорет. Мысли эти делали папку живым, а не просто фотографией, что висела на стене в их комнате.   Завтра у него был день рождения. Как назло, Игорек простудился, и прийти не сможет. А других друзей у него не было. Придется отмечать день рождения с мамкой. В секретере он уже нашел акварельные краски и альбом для рисования, которые она ему завтра подарит.   Правда, он мечтал о новой удочке. Бамбуковой. Трехколенке. Как у взрослых рыбаков. Но удочка стоила дорого. Ладно, краски, так краски! Не маленький уже, восемь лет завтра стукнет! Он и сам понимал, что с деньгами в доме не густо. Мамка работает целыми днями, по вечерам моет пол в подъезде. А даже новое пальто к зиме себе справить не может. Да еще за квартиру нужно платить каждый месяц. Съемная квартира. Своей у них не было.   Ничего. Когда вырастет, сам купит удочку! Будет ходить на рыбалку, и каждый день приносить домой улов. Мамка страсть, как любит рыбу.   Он слышал, как она плакала по ночам. Часто плакала. Большая, а совсем, как маленькая. И чего плачет? Нужно будет сделать вид, что очень рад ее краскам и альбому. Мамке будет приятно.   А еще он знал, что в холодильнике лежит небольшая круглая дыня-колхозница. Дыня - вкусная. Конечно, не такая вкусная, как та большущая дыня, которую папка привез три года назад на Новый год. Из какого-то неведомого Ташкента. Он до сих пор помнит, какой она была сочной и необыкновенной. И вся светилась. Словно была насквозь пронизана лучами солнца. А как пахла!!! Эта была не такой. Но все равно вкусной. Потому что пахла ТОЙ дыней.   Да, плохо, что Игорек не придет. Не попробует дыню. К тому же, с ним было бы веселее. Хороший он друг. Настоящий! Они даже учились с ним в одной школе. Правда, Игорь на класс младше. Ему несколько раз приходилось разбираться с одноклассниками Игоря, когда те обижали его друга. Тогда он чувствовал себя старшим братом Игорька. И от этого тепло становилось в груди. Жаль, что у него не было такого брата...   Но что-то он отвлекся. "Трех мушкетеров" пришлось отложить в сторону. Жалко, конечно. Пришлось взять какую-то детскую книжку-раскраску. Со своими пестрыми картинками выглядела она совсем не солидно. Больно уж по-детски. Но ничего, сойдет и она!   Усердно сопя, он принялся за дело. На обратной стороне обложки из-под вороньего пера стали появляться первые буквы, складываясь в слова: "Сереже Смирнову, ученику 2-го "А" класса..."   После "класса" рука предательски дрогнула и там немедленно расплылась большая чернильная клякса. Но она была всего одна, и он продолжил: "... от великого французского писателя АлИксандра Дюма". Задумался. Затем аккуратно зачеркнул букву "И" в слове "АлИксандра" и сверху нарисовал букву "Е". Потом еще немного подумал. И после слова "Дюма" дописал через запятую слово "графа". Наверняка, Александр Дюма был графом?! Конечно, был!   Сережка удовлетворенно откинулся на спинку стула. И тяжело вздохнул. Да, нелегко быть великим французским писателем! Семь потов сойдет, пока напишешь один автограф. Но уже через мгновение он начал усердно дуть на написанное. Очень уж ему хотелось, чтобы чернила высохли поскорее. Чтобы стрелой метнуться во двор - показать книгу пацанам. Вот они обзавидуются!   Ведь ни у кого из них нет книги, подписанной даже обычным французским писателем. А уж тем более, самим графом Дюма! В том, что Дюма был графом, Сережка почему-то не сомневался.   Наверное, после этого многие пацаны захотят с ним дружить? Сережка был не против.   Но потом он вспомнил, как мальчишки дразнились, что у него нет папки. Зато у них не было ТАКОЙ книги. Получается, что он тоже дразнится? Дразниться он не хотел. Он же не маленький!   Сережка достал из секретера картонную коробку. В ней лежали его сокровища. Благодарность за успешное окончание первого класса. Несколько разноцветных стеклышек, которые он нашел прошлым летом на улице. Фломастеры, которые подарил ему папка. Они давно уже высохли и не писали, но выбросить их Сережка не мог. На самом дне коробки лежали: медаль "За Отвагу" и орден "Красной Звезды" - все, что осталось от папки.    [Карцев А.И.]

Папку убили душманы. Так сказали военные, что привезли большой "железный" ящик, в котором по их словам лежал папка. Поверить в это было трудно. Но когда мамка заплакала так, как не плакала никогда раньше, навзрыд - он поверил. Поверил в то, что случилось что-то очень плохое. Но через несколько дней папка все равно приедет домой. Скажет, что доктора все напутали. А на самом деле он - живой.   Через три дня дяденьки на кладбище закопали в землю этот "железный" ящик. Все вокруг были в черном и плакали. Мамка тоже была в черном. И лицо у нее было черным. Но она не плакала. Хотя все ее об этом и просили. А папка больше не приезжал...   В тот день Сережка решил, что убьет всех душманов. Но потом подумал, что душманы тоже могут быть чьими-то папками. Он не хотел, чтобы мальчишки в какой-то далекой стране оставались без отцов. Без папки - плохо. Подумал и решил, что когда вырастет, никого убивать не будет.   Сережка положил книгу сверху. Она была самым дорогим подарком на его день рождения. Потому что это был подарок от папки. Ведь его папка был не только хорошим, но еще и очень смелым. И если был бы жив, то непременно дружил с графом Александром Дюма. И граф обязательно подписал бы одну из своих книг сыну своего лучшего друга. Если папка был бы жив...

  Сережа Смирнов []

P.S. Сережка Смирнов погибнет во время второй Чеченской. Он сдержал свое обещание - и никого не убил.   P.P.S. Пока не нашлась земля под наш "Дом Солдата" на гонорар, полученный мною за роман "Шелковый путь (записки военного разведчика)" и на свои летние пенсии, за лето 2015-го года мы с друзьями построили новый дом для мамы главного героя рассказа 'Великий французский писатель' (http://vk.com/club47413077). Старый дом у нее совсем развалился. Подумал, что наш проект 'Дом Солдата' - это не только сбор денег, но и реальные дела, которые можно 'потрогать руками', увидеть уже сегодня, а не неизвестно когда. Да, и хорошая разминка перед строительством Дома Солдата получается))   Поэтому буду стараться "дублировать" все то, что Вы присылаете в рамках нашего "солдатского" проекта - и откладывать этот свой "дубль" на Дом Солдата. А на то, что присылается, закончить летом 2016-го года внутреннюю отделку дома для мамы Сергея Смирнова. Другими словами, из нашего проекта денег я не беру, а беру только имена участников. И Татьяне Ивановне говорю, что дом ей мы строим всем миром. Так оно и есть на самом деле! Без Вашей помощи и поддержки мне бы это строительство не осилить. Так что вместо одного дома построим два. А может быть, и больше.   Главное, что Вы должны знать: когда этот Дом будет построен, ВСЕ участники нашего Проекта "Дом Солдата" будут в нем самыми желанными гостями (это слова Татьяны Ивановны - мамы Сергея). Найти его будет не сложно: не доезжая один километр от города Клин Московской области до поселка Зубово, в СНТ "Гея", дом 152 (остановка 22-го автобуса "Зеленые горки").   Телефон для связи: 8 910 460-81-84 - Ирина Викторовна Смирнова (сестра Сергея). Места там красивые и Вам там всегда будут рады!   Дом для мамы Серёжи Смирнова [Карцев А.И.]